• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

В Школе лингвистики прошла серия лекций сотрудника Лаборатории языковой конвергенции Дамиана Бласи

С 4-го февраля по 20 марта в Школе лингвистики в рамках программы приглашенных лекторов прошла серия лекций сотрудника Лаборатории языковой конвергенции Дамиана Бласи, посвященных основам теории языковой эволюции. Дамиан Бласи — эксперт в области анализа лингвистических данных, автор и соавтор работ по креольским языкам, языковому символизму и истории языкового разнообразия. В лекциях рассматривались как основные аспекты теории эволюции языка, так и более узкие темы, такие как устройство коммуникационных систем животных и их отличия от человеческого языка, время появления речи у людей, биологические и генетические основы языка, мультилингвизм и математическое моделирование языковой эволюции.

Первые две лекции в рамках курса были посвящены основам теории языковой эволюции и этапам развития научной мысли в этой области (от теории о связи языка и культуры Гумбольдта до врожденной грамматики Хомского). Основное внимание было уделено тому, как современная эволюционная лингвистика отвечает на вопросы о взаимодействии языка и других когнитивных систем, а также о мотивации происхождения языка и языковой сложности. Из возможных мотивов возникновения языка у людей ученые выделяют, с одной стороны, необходимость “договора” в долгих моногамных браках, а с другой стороны — длинное детство человеческих детенышей. Вторая пара лекций была посвящена особенностям естественной коммуникации животных (от птиц до человекообразных обезьян) и тому, в какой мере другие животные, в частности обезьяны, могут быть обучены человеческой речи. Ряд экспериментов по обучению шимпанзе амслену показывает, что обезьяны способны достаточно хорошо освоить «лексику» жестовых языков, однако их язык никогда не достигает такой же синтаксической сложности, как у людей. Так же здесь обсуждалась возможность существования языка у других представителей рода Homo, в частности у неандертальцев. Изучение останков неандертальцев свидетельствует о том, что они имели достаточно большой мозг, приспособленную к распознаванию речи слуховую систему, а также умели изготавливать сложные орудия и, вероятно, обладали примитивной медициной. Все это может рассматриваться как косвенное свидетельство того, что у неандертальцев существовала система коммуникации, позволявшая передавать знания из поколения в поколение, однако убедительные доказательства наличия у них языка отсутствуют. В третьей части курса рассматривались генетические основы языка и изучение языковой эволюции с помощью исследования генов. Дамиан Бласи рассказал об исследованиях «языкового гена» FoxP2, который долго считался узко специализированным, ответственным за языковую способность человека, однако, согласно последним работам, связан со многими другими невербальными навыками, а также способностью к логическому мышлению и математическим вычислениям. Таким образом, оснований считать FoxP2 «геном речи», по всей видимости, нет. Кроме ответа на вопрос, когда появилась человеческая речь, генетические данные человеческих популяций используются также в изучении распространения языков как в ареальной (например, распространение банту), так и в глобальной перспективе (распространение языков из Африки). В заключительной части курса обсуждались эксперименты по моделированию языковой эволюции. Многие исследования показывают, что люди не только демонстрируют склонность к структурированию разрозненной информации, но и часто делают это определенным образом, который может сказать что-то об изначальных когнитивных склонностях к тем или иным языковым конфигурациям. Яркий пример такого эксперимента — не зависящее от языка предпочтение структурам, в которых описание действия следует за описанием предмета, над которым совершается действие, (т.е. OV-структурам) при невербальной коммуникации. Другой ключевой темой заключительной лекции стала проблема взаимодействия «врожденных» склонностей к определенным языковым структурам и стимула, получаемого в ходе общения, при формировании языка. 

Наталья Логвинова, магистерская программа “Linguistic theory and language description”